Фридрих Шиллер — цитаты и высказывания — Страница 2 из 2
Иóганн Кри́стоф Фри́дрих фон Ши́ллер — немецкий поэт, философ, теоретик искусства и драматург, профессор истории и военный врач, представитель направлений «Буря и натиск» и романтизма в литературе наиболее известен как автор «Оды к радости», изменённая версия которой была положена на музыку Бетховеном и была включена им в финал его 9-ой симфонии, написанной в 1824 году. Шиллер вошёл в историю мировой литературы как пламенный гуманист. В течение последних семнадцати лет жизни (1788—1805) дружил с Иоганном Гёте, которого вдохновлял на завершение его произведений, остававшихся в черновом варианте. Этот период дружбы двух поэтов и их литературоведческая полемика вошли в немецкую литературу под названием «веймарский классицизм».
Родители меньше всего прощают своим детям те пороки, которые они сами им привили.
Нередко воображение играет странную игру с человеком, которому кажется, что он и выше нравственности и разумнее разума.
Убежденному убеждать других не трудно.
Дорог мне друг, но враг полезен быть может: друг уважает, на что я способен, враг же научит, как мне поступать.
Кто жизнью не рискует, тот никогда ее не обретет.
Всякая безнравственность проистекает из коллизии доброго с приятным, страстей с разумом — и имеет источником силу чувственных побуждений и слабость моральной воли.
Для одного наука — возвышенная небесная богиня, для другого — дойная корова, обеспечивающая его маслом.
Прячьте же свой срам и злые страсти
Под рубахой королевской власти,
Но страшитесь голоса певца!
Сквозь камзолы, сквозь стальные латы
Всё равно! — пробьёт, пронзит стрела расплаты
Хладные сердца!
Под рубахой королевской власти,
Но страшитесь голоса певца!
Сквозь камзолы, сквозь стальные латы
Всё равно! — пробьёт, пронзит стрела расплаты
Хладные сердца!
Любовь и голод правят миром.
Человек вырастает по мере того, как растут его цели.
Россия может быть побеждена только Россией.
Russland wird nur durch Russland überwunden.
Russland wird nur durch Russland überwunden.
Когда мы страстно любим того, кто заслуживает нашего презрения, мы болезненно ощущаем оковы природы.
... моральная свобода человека нисколько не уничтожается необходимою физической зависимостью.
Если грудь вином согрета
И в устах вино кипит:
Скорби наши быстро мчит
Их смывающая Лета.
И в устах вино кипит:
Скорби наши быстро мчит
Их смывающая Лета.
Враг повергнутый может ещё оправиться, примирённый же вполне побеждён.
Любовь – единственное в природе, где даже сила воображения не находит дна и не видит предела.
Вы плохо, сударь, знаете людей.
Чем кажемся мы, тем нас и рисуют,
А что мы есть, никто не хочет знать.
Чем кажемся мы, тем нас и рисуют,
А что мы есть, никто не хочет знать.
То, что противно природе, к добру никогда не ведет.
В игре детей есть часто смысл глубокий.
Честность красит звание любое.
Вломился в нашу жизнь разнузданный гигант -
Дух выспренний, жены моей талант, -
Как домик карточный, мое разрушив счастье.
С кем я теперь? Плачевнейший подмен!
Блаженство превратилось в тлен!
Где прежний ангел мой? Отныне в теле слабом
Царит высокий дух... Так кто ж она?
Погибла для любви, для власти не годна,
Мужчиной не назвать и не причислить к бабам, -
Дитя с оружьем великана,
Не разбери-поймешь: мудрец иль обезьяна!
Презрев очаг семьи, стремится в эмпиреи,
Ей чары собственные больше не милы,
С престола свергнута в пучину книжной мглы,
Она завянет в ней, безвременно старея,
Изъята навсегда из списка Цитереи,
И все — за десять строк газетной похвалы!
Дух выспренний, жены моей талант, -
Как домик карточный, мое разрушив счастье.
С кем я теперь? Плачевнейший подмен!
Блаженство превратилось в тлен!
Где прежний ангел мой? Отныне в теле слабом
Царит высокий дух... Так кто ж она?
Погибла для любви, для власти не годна,
Мужчиной не назвать и не причислить к бабам, -
Дитя с оружьем великана,
Не разбери-поймешь: мудрец иль обезьяна!
Презрев очаг семьи, стремится в эмпиреи,
Ей чары собственные больше не милы,
С престола свергнута в пучину книжной мглы,
Она завянет в ней, безвременно старея,
Изъята навсегда из списка Цитереи,
И все — за десять строк газетной похвалы!
Человек вырастает по мере того, как растут его цели.
Если ты не можешь твоими делами и твоим искусством понравиться всем, понравься немногим. Нравиться многим — зло.
Горе наступившее легче, нежели ожидаемое: нагрянувшему горю есть конец, страх же перед грядущим горем не знает границ.
Загадкой вечной буду я себе.
Свободен лишь тот, кто владеет собой.
Мнимое бескорыстие некоторых добродетелей сообщает им поверхностную чистоту, дающую им смелость потешаться над долгом; нередко воображение играет странную игру с человеком, которому кажется, что он и выше нравственности и разумнее разума.
Человек не только может, но и должен связать удовольствие с долгом; он должен радостно повиноваться своему разуму.
След до звёзд полярных пролагая.
Захватили, смелые, везде
Острова и берега, но рая
Не нашли и не найдут нигде.
Нет на карте той страны счастливой,
Где цветёт златой свободы век,
Зим не зная, зеленеют нивы,
Вечно свеж и молод человек.
Пред тобою мир необозримый!
Мореходу не объехать свет;
Но на всей земле неизмеримой
Десяти счастливцам места нет.
Заключись в святом уединенье,
В мире сердца, чуждом суеты!
Красота цветёт лишь в песнопенье,
А свобода — в области мечты.
Захватили, смелые, везде
Острова и берега, но рая
Не нашли и не найдут нигде.
Нет на карте той страны счастливой,
Где цветёт златой свободы век,
Зим не зная, зеленеют нивы,
Вечно свеж и молод человек.
Пред тобою мир необозримый!
Мореходу не объехать свет;
Но на всей земле неизмеримой
Десяти счастливцам места нет.
Заключись в святом уединенье,
В мире сердца, чуждом суеты!
Красота цветёт лишь в песнопенье,
А свобода — в области мечты.
Тело создается разумом.